За последние месяцы сразу несколько историй, связанных с уроженками Чечни, вновь привлекли внимание к проблеме преступлений по мотивам чести. Убийство в Ереване сбежавшей от домашнего насилия Айшат Баймурадовой, загадочная смерть Алии Оздамировой после возвращения из Грузии и сообщения о возможной расправе над Зухрой Музаевой в Курчалое объединяет не только предполагаемая причина «семейной чести», но и почти полное отсутствие прозрачного расследования.
Развод – одно из самых сложных событий в жизни женщины. Многие так его боятся, что десятилетиями терпят невыносимое отношение и издевательства со стороны супруга. А тем, кто решился уйти, нужно пройти множество испытаний, главное из которых – пойти наперекор собственным родным и общественным устоям. Чеченки рассказали Даптару о своем опыте.
Анонимная группа жительниц Северной Осетии взломала и взяла под контроль инстаграм-аккаунт, который в последние месяцы занимался публичной травлей под лозунгами борьбы за нравственность. Авторы страницы публиковали фотографии женщин, обсуждали их внешность и одежду, требовали от них «скромности» и выступали против мини-юбок.
Дело Заремы Мусаевой – матери чеченских оппозиционеров – с 2022 года остается одним из самых известных примеров давления на родственников критиков кадыровского режима. Несмотря на международные обращения и сообщения об ухудшении ее здоровья, она продолжает отбывать наказание в колонии.
На Северном Кавказе о произволе силовиков, похищениях или нарушении прав детей нередко публично говорят именно женщины. Они приходят к зданиям судов, записывают обращения, спорят с чиновниками и настаивают на расследованиях. Это повторяется из года в год и редко становится предметом отдельного разговора: почему именно женщины оказываются на передовой.
На прошлой неделе в соцсетях распространилось видео, на котором молодая женщина взволнованным голосом просит о помощи. «Меня задержали две машины, полные чеченцев», – говорит она в камеру. Сбежавшая от домашнего насилия из Чечни Айшат Хизриеву пытались насильно вернуть домой из Новосибирска. После огласки ей удалось избежать похищения, но оставаться в России ей было небезопасно.
В Чечне уже несколько дней не выходит на связь 33-летняя Белкиса Минцаева – мать двоих дочерей, которая приехала в республику после угроз и уговоров родственников. Правозащитники говорят, что женщину удерживают в отделе полиции без связи с внешним миром, а адвокаты боятся браться за ее дело.
Домашнее насилие на Северном Кавказе часто остается скрытым, а женщины сталкиваются с ним в одиночестве. Давление исходит не только от мужа, но и от его семьи, а попытки сопротивления нередко встречают осуждение и внутри собственной семьи женщины. В этих условиях уход из насилия становится не вопросом решения, а вопросом возможностей, которых часто нет.
Свадьба в Чечне – не просто союз двух сердец, а грандиозная битва за статус, в которой главным оружием становятся меха, драгоценности и сотни тысяч, а то и миллионы рублей, потраченные на приданое. Корреспондентка Даптара выясняла, во что обходится чеченским семьям «золотая клетка» для дочерей, и как сбор приданого становится гонкой на выживание.
Женщинам, пытающимся скрыться от домашнего насилия на Северном Кавказе, чаще всего помогают правозащитные организации. Но нередко рядом оказываются и обычные люди – друзья, знакомые или те, кто сам когда-то пережил подобный опыт. Помогая беглянкам, они сами могут столкнуться с угрозами, давлением и проблемами с силовиками.
DAPTAR.ORG 